Россия и постсоветское пространство

Белоруссия: новый курс или повторение чужих ошибок?

На протяжении многих лет президент Белоруссии Александр Григорьевич Лукашенко придерживался одного и того же правила: поздней осенью, примерно в конце октября – начале ноября, он начинал выдвигать России претензии, обвиняя её в нарушении союзнических обязательств,  игнорировании интересов народа республики и т.д. Причем, скажем так, «наезд» на Москву совпадал с периодом заключения торговых и экономических соглашений, определением объемов и цен на поставку российских энергоносителей, комплектующих для машиностроительных и других крупных предприятий государственного сектора. После этого, получив уступки по некоторым позициям,  белорусский лидер вспоминал о дружбе между двумя народами, о существовании Союзного государства России и Белоруссии, о взаимовыгодном партнерстве. До осени, когда снова ставал вопрос о вышибании льгот и уступок, без которых экономика республики просто не может существовать.

Однако в этом году события развиваются не по традиционному сценарию. Москва на уступки практически не идет,  а критика российского руководства и страны в целом со стороны белорусского президента только набирает обороты, временами выходя за рамки не только дипломатической практики, но и просто приличий.

В чем же причина сложившейся ситуации? Почему Россия вдруг изменила тактику в отношениях с Белоруссией? Или это не тактические, а стратегические изменения в политике Москвы? И почему Минск с упорством, достойным лучшего применения, продолжает выдвигать претензии в отношении России? Причем далеко не всегда обоснованные. Как это было в ходе недавней встречи на высшем уровне Высшего Евразийского экономического совета (ВЕЭС).

Попытаемся разобраться хотя бы в части этих вопросов.

И начнем, пожалуй, с Минска. Многие наблюдатели связывают поведение белорусского лидера с предстоящими уже в августе выборами, и той неуверенностью, которую он испытывает в этой связи. Напомним, что в ходе предыдущих пяти избирательных кампаний Александр Григорьевич не просто побеждал, и делал это с огромным перевесом над своими соперниками. И основой этой популярности белорусского политика № 1 являлся уровень жизни граждан республики, их социальные гарантии, зарплаты, и стабильность общества в целом.

Нынешняя ситуация в которой ведет свою кампанию Лукашенко, существенным образом отличается от предыдущих. Экономическая ситуация в республике далеко не блестящая. Это связано не только общим спадом в мировой экономике, который объясняется пандемией, но и возможностью России оказывать помощь соседней республике.

В этой связи стоит напомнить, что в независимую Белоруссию Российская Федерация вложила по различным оценкам от 150 до 200 миллиардов долларов в виде прямой помощи,  субсидий, льготных цен на энергоносители и таких же льготных кредитов. В рамках Союзного государства граждане республики имеют возможность свободного трудоустройства в России, пользуются такими же, как и россияне, правами и льготами на медицинское обеспечение, образование, сохранение трудового стажа. Вся номенклатура белорусских товаров имеет возможность быть реализованной на российском рынке. В этой связи заметим, что, несмотря на вроде бы равноправное положение России и Белоруссии в Союзном государстве, Минск закрывает свой рынок для российских производителей по более, чем 15 позициям.

В современных условиях действующему белорусскому президенту будет практически невозможно использовать накануне выборов испытанный прием по привлечению на свою сторону избирателей: увеличить размеры социальных пособий, пенсий, стипендий, уровня минимальной зарплаты. Тем более что накануне предыдущих выборов этот прием обошелся республике и престижу президента весьма дорого. Подняв социальные выплаты, правительство выбросило значительное количество денег, которые не обеспечивались товарной массой. В результате этого мгновенно выросли цены, и подскочила инфляция, с последствиями которой Минску пришлось бороться ни один год.

Таким образом, можно предположить, что антироссийская риторика белорусского лидера связана с необходимостью отвлечь внимание избирателей от проблем внутренних на проблемы в отношениях с Москвой. Которая, по логике Лукашенко, и является причиной всех нынешних проблем Белоруссии.

Еще одним фактором нынешнего состояния двусторонних отношений является  стремление белорусского руководства выстроить модель многовекторной политики. Об этом однозначно заявил глава МИД республики Владимир Макей на торжественном собрании по случаю 100-летия белорусской дипломатической службы.

“Главой нашего государства ставятся перед нами новые амбициозные задачи, которые диктует само время. Беларусь как самостоятельное, независимое европейское государство будет и далее проводить многовекторную внешнюю политику, не торгуя своим суверенитетом в зависимости от тех или иных конъюнктурных соображений”, – заявил министр.

Переводя с дипломатического, руководитель белорусского МИДа дал понять, что считаться с российскими политическими интересами Минск не намерен, и что он и дальше будет пытаться выстраивать отношения с Западом.

Собственно говоря, ничего особо нового в этом тезисе не просматривается. Несмотря на союзнические отношения и участие в Союзном государстве Минск не только не признал независимости Южной Осетии и Абхазии, но и самого факта развязывания Грузией войны 2008 года. Не признало белорусское руководство и крымские события, в результате которых автономная республика сначала вышла из состава постмайданной Украины, а затем вошла в состав России. И все это из-за опасений вызвать неудовольствие Запада.

Из выступления главного дипломата республики следует, что Беларусь также рассчитывает на серьезные дивиденды от выравнивания и выведения на должный уровень контактов и диалога с Евросоюзом и США, кроме того, республика намерена укреплять отношения всестороннего сотрудничества и стратегического партнерства с Китаем, расширять белорусское присутствие в других государствах Азии. Будет продолжена кропотливая работа со странами Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки. “Хороший задел имеется на всех направлениях. Нужно приложить максимум усилий, чтобы его реализовать”, – сказал министр.

Задел, действительно, имеется. Особенно после февральского визита в Минск госсекретаря США М. Помпео и личной встречи госсекретаря и белорусского президента, в ходе которой была достигнута договоренность о восстановлении нормальных дипломатических отношений между двумя странами. А вскоре в Вашингтоне сообщили о решении назначить на пост посла США в Белоруссии заместителя госсекретаря Джулию Фишер, карьерного дипломата и специалиста по постсоветскому пространству, владеющую русским языком.

Кроме того, как заявил глава МИД республики  Владимир Макей, Белоруссия начинает поставки нефти из США. Ранее сообщалось, что Минск рассчитывает на поставки американского сырья на свой НПЗ в Мозыре по трубе из Польши. Предполагаемый объем — около 100 тысяч тонн в месяц. Пресс-секретарь белорусского госконцерна “Белнефтехим” Александр Тищенко заявлял, что страна существенно обновила “партнерский пул, в котором к российским компаниям добавились поставщики из Азербайджана, Норвегии и Саудовской Аравии”.

А вот теперь мы подошли к главной «занозе» в двусторонних отношениях между нашими странами, вопросу энергетики.

Долгое время Белоруссия закупала в России больше нефти, чем она использовала. Причем сырье поставлялось по льготным ценам. Его излишки, переработанные на местных нефтеперегонных заводах, шли на экспорт уже по рыночным ценам. Полученная сверхприбыль (в долларах и евро) оставалась в бюджете республики.

Кстати, нефтепродукты и калийные удобрения, изготовленные на местном сырье, являются основными статьями белорусского экспорта, приносящими валютную выручку.

Однако после того, как Россия, в соответствии с двусторонними договоренностями, стала постепенно  повышать цену на нефть и газ, Лукашенко неожиданно начал регулярно требовать скидок. По мнению белорусского лидера, Россия, как партнер по Союзному государству, должна поставлять Минску нефть и газ по внутренним ценам. Как неоднократно заявлял белорусский президент, его республика должна получать газ по тем же расценкам, что и граничащая с ней Смоленская область России.

И ведь, что примечательно, Москва такую возможность совсем не отрицает. Но она обусловлена, как в очередной раз повторил В.Путин на заседании  Высшего Евразийского экономического совета (ВЕЭС), который  под председательством Президента Беларуси Александра Лукашенко состоялся 19 мая в режиме видеоконференции, рядом условий.

         «Что касается предлагаемого нашими армянскими и белорусскими друзьями единого тарифа на услуги по транспортировке и транзиту газа, то мы считаем, что единый тариф может быть реализован лишь на едином рынке с единым бюджетом и единой системой налогообложения. Столь глубокий уровень интеграции в ЕАЭС пока еще не достигнут. Мы с вами хорошо это знаем. А пока цены на газ должны формироваться на основе рыночной конъюнктуры, учитывать затраты и инвестиции поставщиков, а также обеспечивать обоснованную норму прибыли на вложенный в добычу капитал. Это обычная мировая практика» – сказал российский лидер.

Прибавим к этому еще всячески блокируемое Минском положение, содержащееся в документах о формировании Союзного государства обязательство о переходе двух стран на единую валюту с единым эмиссионным центром.

Пока же с учетом резкого падения мировых цен на углеводороды белорусское руководство пытается всячески диверсифицировать свои нефтяные закупки, продолжая закупать российскую нефть с прокачкой по магистральному нефтепроводу “Дружба” и по железной дороге,

В этой связи следует признать, что формально закупка сырья на спотовом рынке относительно небольшими партиями обходится Минску дешевле. Правда, это если не учитывать расходы на доставку.

Однако есть опасение, что подобная практика долго не продлится: после недавнего обвала мировых цен на нефть и сокращения её добычи странами ОПЕК+ цены стали восстанавливаться, хотя и не вышли на точку, с которой началось падение. Кроме того, пандемия, остановившая автотранспорт и авиацию, главных потребителей нефтепродуктов, постепенно начинает отступать, повышая потребность и, следовательно, цены на сырье. Так что долго изображать обиженную добродетель Минск, боюсь, не сможет. Хотя примеры, когда, руководствуясь чисто политическими интересами, страны действуют во вред своей экономике, в том числе и российские соседи. Например, переход на американский сжиженный газ Польши или отказ от торговли с Россией Украины, товарооборот с которой в 2013 году превышал 60 млрд долларов, а сейчас недотягивает и до 20 миллиардов.

А теперь вернемся к тому, с чего начали, чем продиктована антироссийская риторика и дипломатические потуги белорусского руководства и лично президента Лукашенко: попыткой свалить  все свои неудачи в экономике на «зловредную Москву» или серьезный политический разворот   в сторону Запада. Представляется, что нельзя исключать ни того ни другого.

Тогда, если проходит первый вариант, отношения постепенно будут восстанавливаться, хотя вряд ли выйдут на прежний уровень, и в своей работе с братским, хотя и независимым, народом Россия будет в первую очередь исходить из собственных интересов. Об этом в частности говорит и решение российского правительства (от 22 мая) о запрете на импорт бензина, дизельного топлива, керосина и еще нескольких видов топлива до октября, который распространяется и на Белоруссию, которая поставляет в нашу страну порядка 20 % своего экспорта. В частности бензин марок Аи-80, Аи-92, Аи-95 и Аи-98. Также под запрет попали керосин, дизельное топливо, судовое топливо и газойли.

Впрочем, нельзя исключать и второй вариант. Особенно, если учесть наличие в ближайшем окружении белорусского президента влиятельного прозападного лобби, идеологом и одним из лидеров которого, по мнению западных экспертов, является упоминавшийся выше Владимир Макей. Правда, насколько это лобби влиятельно в стратегическом плане, говорить пока сложно. Очевидно одно: в случае радикального изменения политического курса, Белоруссии грозит экономический кризис не хуже украинского. Ведь поддерживать дотационную экономику  республики ни США, ни ЕС не будут, не будут они и открывать свои рынки для белорусских товаров, а к чему ведут реформы, под которые бывшие советские республики получают кредиты МВФ, видно по Украине. Так что доживем до выборов, а там посмотрим.

+ posts